Затишье — один из анклавов дивьего народа рядом с Москвой, карман между мирами, где физический и эфирный планы соединяются в особое пространство. В Европе такие места называют Аннвином или полыми холмами; в русской традиции они связаны с дивьими людьми — теми, кого в других языках называют эльфами, сидами, Эс шиэ, людьми холмов.
К Затишью не ведут дороги, но в него есть несколько проходов. Один известен у Голосова оврага, другой скрыт в арбатских переулках, в заброшенном парке у старого фонтана, еще один, зыбкий и редко открывающийся, появляется в разных местах Замоскворечья. За межой город остается близко, но уже недоступно: шум Москвы стихает, осенний воздух сменяется лесной прохладой, и человек оказывается в пространстве, где привычные меры времени и расстояния начинают работать иначе.
Здесь живут те, кто появился задолго до человека и когда-то обитал в эфирном плане Земли. После Изгнания большая часть дивьего народа была вытеснена из пространства Земли и ушла в астральные пределы. Немногие анклавы, подобные Затишью, сохранились рядом с человеческим миром, удержанные старой волей, договорами и теми, кто платит за их существование собственной жизнью. С началом Перехода Изгнание закончилось и дивьи люди получили возможность вернуться.
Такие анклавы невозможны без человека, поддерживающего это место между мирами. В Затишьетаким человеком стала Милава. Дивьи люди забрали ее младенцем из смерти, к которой она уже была обречена, и вырастили среди себя. Она живет в Затишье, меняется вместе с ним, врастает в его порядок и своей жизнью удерживает эту область. Когда ей исполнится сорок два года, она умрет, и ее место займет другой ребенок.
Владыкой и хранителем Затишья является Древний. Он родился до Изгнания, помнит времена, о которых люди знают только из летописей и обрывков сказаний, и без него Затишье давно бы исчезло. В его присутствии это место кажется тихим, лесным и почти домашним: тропы, дом у опушки, омут, большой стол, дымящийся настой, мягкая трава, древние стены, теплые на ощупь. Но за этой тишиной стоит иной закон, Древний и дивьи люди не жертвы и не чудовища, у них своя правда, своя доброта и своя жестокость. Затишье может укрыть, исцелить, дать передышку и вернуть силы, но оно не принадлежит человеку. Сюда входят только с дозволения, здесь не принято играть в догадки, а слишком долгая жизнь за межой необратимо меняет того, кто был рожден по другую ее сторону.